Главная » Политика » Первый подвиг "геракла" Путина - конец идеи панславизма

Первый подвиг "геракла" Путина - конец идеи панславизма

В течение прошлого, да и текущего тоже, года уважаемый большинством 146-миллионного российского народа президент РФ Владимир Путин часто совершает экскурсы в историю России. Это помогает ему обосновать то или иное принятое им решение - посмотреть и послушать эти экскурсы без особого труда можно в Интернете.
Хронологическая глубина президентского проникновения в русскую историю простирается вплоть до времён Киевской Руси и принятия русичами христианства, всё зависит от необходимости обосновать конкретное действие Кремля. Причём глава великой страны отнюдь не утруждает себя исторической достоверностью своих речей.
Путин зачастую апеллирует к второстепенным, несущественным, а иногда и недостоверным историческим фактам, игнорируя или забывая при этом исторически фундаментальные идеи, бывшие ещё совсем недавно одними из главных аспектов государственной политики как Российской империи так и Советского Союза.

Одним из таких аспектов являлся панславизм (греч. рап — все и славизм) - направление общественной мысли и общественно-политическое движение, которое абсолютно отрицается Владимиром Владимировичем Путиным. Более того, он своими действиями в братской нам Украине разрушил эту идею, очевидно, надолго, если не окончательно, что вызывает у наших оппонентов явную радость. Об этом свидетельствует статья, которая приведена в конце этого поста.
Немного о панславизме в историческом ракурсе.
Теория панславизма как политической идеологии экспансии России распространялась с нач. 1840-х в немецкой печати, а затем и в других европейских странах. В изданной в 1843 г. Лейпциге книге анонимного польского автора «Славяне, русские, германцы» панславизм трактовался как представление славян о себе и своем месте в мире. Целью его провозглашалось развитие науки, культуры, искусства и гуманизма у славянских народов.
В науке и публицистике распространены как широкая трактовка панславизма, включавшего все течения обществ, мысли, выступающие за ту или иную форму объединения славян, так и узкая, относящая к нему лишь те направления, для которых основополагающей была идея славянского единства. В первом варианте к представителям панславизма относили даже Г. Крижанича, П. И.Пестеля, А. С.Пушкина (в панславистском ракурсе интерпретировалась его строфы «Славянские ль ручьи сольются в русском море? Оно ль иссякнет? — Вот вопрос?»), А. И. Герцена, М, А. Бакунина и др.
Есть основания утверждать, что панславистский характер имела учрежденная в 1818 в Киеве масонская ложа «Соединенных славян», входившая в систему «Великого Востока» польского (основатель — поляк В. Росцишевский). Созданное в 1823 тайное декабристское общество с тем же названием ставило своей целью соединения славянских племен посредством федеративного союза, при сохранении их независимости. Восьмиугольная печать этого общества соответствовала принятому этнографическому делению на 8 колен славянства.
Лейтмотивом правого панславизма в России служили строфы Ф. И. Тютчева:
«И своды древние Софии
В возобновленной Византии
Вновь осенит Христов алтарь.
Пади пред ним, о царь России!
И встань, как всеславянский царь!»

Видным идеологом панславизма, реализуемого на основе освободительного движения южных и западных славян при военной поддержке России выступал генерал-майор Р. А. Фадеев, участвовавший в качестве добровольца в войне Сербии с Турцией.
Долгое время российская внешняя политика несла на себе налет мессианства. Со второй половины XV в. московские великие князья, а затем цари видели себя наследниками великой православной империи — Византии. Поскольку Константинополь в 1453 г. был захвачен османами, «Третьим Римом» стали называть Москву. Более четырехсот лет, вплоть до Первой мировой войны, основополагающей идеей во внешней политике российского государства было воссоединение земель, некогда составлявших Киевскую Русь, и покровительство над восточным христианством под знаменем панславизма. В первой половине XIX в. Петербург также взял на себя роль защиты европейских монархий от революции. Помимо этого Россия осуществляла «цивилизаторскую миссию» в таких регионах, как Туркестан.

Советская империя стала порождением идеи мировой революции. Однако уже через три года стала очевидна ее иллюзорность, и в середине 1920-х годов появилась концепция осажденной крепости — «красной коммуны в капиталистическом окружении». Когда Советский Союз вышел победителем из Второй мировой войны и создал собственную сферу влияния, «крепость» превратилась в «социалистический лагерь», имеющий дело с еще более сильным противником. В 1960-х годах «лагерь» переименовали в «социалистическое содружество», и оно начало соперничать с «мировым империализмом во главе с США» уже в масштабе всей планеты. Это соревнование стало лейтмотивом политики Москвы, как внешней, так и внутренней. Оно привело к перенапряжению сил, многочисленным диспропорциям и в конечном счете предопределило крушение СССР.

Идеи панславизма и преемственности по отношению к Киевской Руси, отброшенные как неактуальные после большевистской революции, вновь всплыли на поверхность в конце Второй мировой войны. Именно тогда была возвращена последняя часть киевского наследия — Галиция и Волынь, прежде находившиеся под властью других государств. Православные страны Юго-Восточной Европы — Болгария и Румыния вошли в состав советского блока. Присоединились к нему и католические славянские страны — Польша и Чехословакия, а также многоконфессиональная Югославия. За исключением контроля над Босфором и Дарданеллами (Турция при поддержке президента США Гарри Трумэна не уступила давлению Сталина) давняя мечта русских царей воплотилась в реальность.
Однако гегемония Советского Союза над его восточноевропейской империей в основном осуществлялась за счет «жесткого влияния»: размещения в странах-сателлитах советских войск и их членства в Организации Варшавского договора, идеологического и политического контроля над правящими компартиями и спецслужбами, экономической зависимости союзников от советских энергоносителей и другого сырья, а также рынка сбыта. Когда советское руководство считало, что его геополитические и идеологические интересы оказались под угрозой, как это случилось в результате «Пражской весны» 1968 г., оно прибегало к силе, хотя подобное проявление «жесткого влияния» окончательно и бесповоротно разрушало любой потенциал «мягкого влияния» Москвы в соответствующих странах. Последнему, однако, не придавали первостепенного значения. В рамках советской империи культурная близость как таковая не играла большой роли, а религия была оттеснена на задний план.

Украинско-российская война, или конец мифа панславизма
("Blog Adama Szostkiewicza", Польша)
Адам Шосткевич (Adam Szostkiewicz)

10/02/2015

Близится обсуждение и возможное утверждение мирного плана, который завершит украинско-российскую войну. Эта война похоронила надежду на создание общности славянских народов: политическую мечту, которая была придумана в царской России, чтобы консолидировать ее влияние за границей. И вот XXI век, а россияне убивают украинцев — самый, казалось бы, братский народ.

Другие славянские народы — сербы, чехи, болгары (или не относящиеся к славянам венгры и румыны) не могут не извлечь политических выводов из того, что делают россияне на Украине. Отношение россиян к украинцам можно назвать колонизаторско-имперским. Мы долгое время относились к ним так же, но в эпоху Третьей Речи Посполитой (с 1989 года, — прим.пер.) изменили наш подход к восточной политике.

У россиян не укладывается в голове, что украинцы могут пойти собственным путем, повести себя, как свободные люди, руководствующиеся свои мечтами и интересами, а не представлениями России об Украине.

А когда на Майдане окреп политический украинский народ, русские на Украине и в самой России объявили ему войну. Они убивали, унижали, похвалялись своими преступлениями, называя это патриотизмом. Российская пропаганда внушала россиянам, что на востоке Украины «бандеровцы» убивают местных русских, поэтому неудивительно, что те взбунтовались. В похожем стиле Путин и его команда стараются обвинить НАТО в совершенных россиянами убийствах украинцев. Совсем недавно Путин заявил, что за убийствами в Восточной Украине стоят не только выдуманные его пропагандистами «фашисты», но и иностранный натовский легион.

Можно ли сегодня заключать с кем-то таким какие-нибудь соглашения? Можно ли верить в его мирные заявления? Запад не разместил в Польше систему ПРО, не создал у нас регионального штаба Альянса, не решился вооружать украинскую армию. Но эскалация российской агрессии, очевидно, наконец вынудит его сделать эти шаги. Путин старается поссорить США и ЕС, а также внести раскол в сам Евросоюз. Пока не слишком успешно. Запад понимает, что развязанная россиянами война на Украине — это не только украинская, но также европейская и западная проблема.

У нас идут собственные дискуссии о том, не отодвинули ли западные державы Польшу на задний план в украинской дискуссии. Нет, перед текущей, возможно, последней, попыткой предотвратить еще более масштабную конфронтацию, с польскими политиками велись консультации. К обсуждению привлекают главу Европейского совета Дональда Туска (Donald Tusk), который хорошо знает наш регион Европы.

Формула Украина — Россия — Германия — Франция небезупречна, но она стала дипломатическим фактом, с которым бесполезно спорить. Другие формулы себя не оправдали. Оправдает ли себя эта? Я, пожалуй, сомневаюсь. Но политика заключается в беспрестанных попытках проверки новых вариантов.

Оригинал публикации: Crafting a win-win-win for Russia, Ukraine and the West

Опубликовано: 09/02/2015 14:34

Читать далее: http://inosmi.ru/world/20150210/226184800.html#ixzz3RNGDQkT2


Комментарии к статье:

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Опрос

Нравиться ли вам сайт?

Лучший!
Неплохой!
Устраивает ... но ...
Встречал и получше
Совсем не понравился